Мир, как лоскутное одеяло, состоит из фиговой тучи разномастных мирков, некоторые из которых пересекаешь, некоторые обходишь в месте стыка с другими, по шву, а в некоторые попросту невозможно попасть. Я никогда не бывал в мире роскошных тачек, дорогущих галстуков от Brioni и высоченных каблуков от Louis Vuitton, потому что даже вблизи таких мест меня тянет бежать оттуда без оглядки. Как-то раз я забрёл в дорогущий квартальчик в столице, свернул не туда где-то в районе Красной площади. Искал для маман какие-нибудь роскошные конфеты ручной работы к 8 марта, целую стипендию собирался на это дело потратить. В том месте стипендии, на которую я должен был, по мнению кого-то там свыше, жить месяц, хватало на 2-3 конфетки, и это в самой скромной захолустной лавочке. С какой-то нелепой, наивной надеждой на лучшее и более дешёвое, я тогда углубился в нарастающий лоск этих кварталов, и меня трижды чуть не сбивали машины. Я заглядывал в магазины, которые выглядели поскромнее, но это было лишь данью модному минимализму, и даже там сладости стоили столько, что я начал думать, будто «позолота» на них не какой-то там пищевой краситель, а очень даже настоящее золото. Впору было бы где-то продаваться шприцам с золотой инъекцией, как у той Белоснежки из клипа Rammstein. Hier kommt die Sonne, ja. Я прошёлся лишь по грани с тем миром, а меня оттуда с омерзением выплюнуло.

Вчера я с ужасом для себя на пару мгновений оказался в своей родной провинции. Давно я не видел такой концентрации снующих в палатках и меж ними Тёток с большой буквы Тэ, пухлых, неухоженных, с воодушевлением меряющих безвкусные, неуместно дорогие шмотки у таких же, только ещё более «обиженных жизнью». Они смотрят на людей из других миров то волком, то с завистью – готов поспорить, они чуть зеленели на пару мгновений, провожая красивых, уверенных в себе женщин озлобленным взглядом. На станциях метро пересекается очень много миров. И всё же, даже там мы ходим разными путями-тропами. Каждому темпу – свой. Когда мы меняемся, меняются и люди вокруг – характер странностей тех исключительных и бросающихся в глаза личностей, с которыми шатаемся в одном вагоне и иногда ищем соприкосновения взглядом.

Иногда захватывает дух, когда осознаёшь всю необъятность этого покрывала. Бесконечность. Пугающая, пронизывающая под рёбрами, дрожью, к лёгким, как падение с огромной высоты. Я в вагоне метро, на пересечении тысяч миров, и всё это – в мимолётном, преходящем соприкосновении судеб, курток, вздохов. Бесконечность смыслов, ритмов, вибраций между простыми трудягами в шумной толкучке, между людьми в тесном вагоне метро.

@темы: немного о поросшем былью, метро, междучеловечье, в тесноте о вечном